Вечер

Вечер. Догорающие поленья в камине. Марина медленно, меланхолично кладет уже четвертую ложку сахара в чай. Вдруг. Очнулась. Отодвинула чашку. Подошла к окну. Косые капли дождя бьют в окно. Да, какой там дождь? Ливень. Рисует облако пальцем на стекле. Мгновенье… и оно превратилось в одну огромную кляксу. Так и вся моя жизнь - непонятный комок. Одна огромная клякса, - думает Марина. Непонятная, неразгаданная, необъяснимая. Девушка вновь садится за стол. Жадно отхлебнув чай, с ужасом понимает, что, наверное, растворила там пол банки сахара. Как приторно, как слащаво, как она, - вновь задумалась Марина. - Ну, да ладно, пора за дело – пытается собраться с мыслями. Решительно отодвигает чашку. Из старенького стола достает чистый лист бумаги и заветную ручку, подаренную ей мамой. Смотрит на лист. Опускает голову. Не получилось начать все сначала, не получилось начать все с чистого листа. Не получилось. Боже, ну за что мне это? У меня ничего, ничего не получается, ничего не клеится ,совсем ничего… Аккуратно выводит первую строчку. Дорогая мамочка! Пишет тебе твоя любимая дочь. У меня все хорошо. Получила твою открытку. Мама, мне тоже очень – очень хочется к тебе приехать, но не могу. Сейчас у нас здесь очень обостренная ситуация. И мне никак нельзя покинуть страну. Перестройка, сама понимаешь. Старые порядки рушатся, а взамен еще ничего не пришло. Ничего. Мы все тут, словно обитатели вечного хаоса. Забастовки вспыхивают одна за другой. Магазины закрываются, открываются. Да что там магазины - стоят фабрики, заводы, закрываются школы и детские сады. С огромным трудом удается найти детское питание. Ну да ладно, я надеюсь, все наладится. А как у тебя дела? Как твои немецкие ученики, учатся? Как твое здоровье, сердце больше не болит? Я очень – очень за тебя боюсь. Ты же знаешь, как я тебя люблю. Представляешь, я ведь недавно с ней встретилась. Ее, как ни странно тоже зовут Марина. Но на этом наше с ней сходство и заканчивается, чему нужно сказать, я несказанно рада. Я бы никогда, никогда не оставила своего ребенка в детдоме, что бы не случилось. А она… - не могу поверить, не могу…. Не могу поверить, что она – моя мать. Хотя, какая она мне мать? Ведь это ты , ты меня воспитала, это ведь ты вложила в меня душу. Это ты, именно ты моя настоящая мама. Знаешь, у нее огромный частный дом, Волга, две собаки… и муж. Правда, он не мой отец. Я спросила у нее почему? почему она меня бросила? Я думала, она оправдается, объяснит мне все, я бы поняла, я постаралась бы. Неужели она меня так ненавидела ? Ты знаешь, что она мне ответила?! Она сказала..., что не хо тела ломать в 19 лет свою жизнь и приносить себя в жертву ребенку. Когда я спросила кто мой отец, в ответ она лишь пожала плечами. На ее лице я не увидела ни одной эмоции: ни радости, ни горя, ни ненависти, ни любви, ничего. Ты не представляешь, как же мне хочется плакать. Тебя нет рядом, и от этого еще тяжелее. Еще когда мне было 5 лет и ты меня забрала из детдома, я дала себе обещание некогда не плакать, никогда. Раньше вроде получалось, а сейчас…. Нет, нет я не буду плакать. Она не достойна моих слез, ни одной слезинки не одной. Она даже не попыталась меня вернуть, она даже не попросила прощенья. А как же материнские инстинкты. Даже животные не бросают своих детенышей. Мне кажется, она обо мне даже не вспоминала. А ты же знаешь, как я её ждала. Как мечтала о встрече, представляла какая она, моя мама. Я думала, вот придет прекрасная фея и заберет меня. Знаешь, когда ты меня забрала, я ведь и вправду думала, что ты, ты и никто другой моя мама. Хотя, почему думала, я и сейчас так думаю. Ведь недаром говорят – не та мать, которая родила, а та, которая воспитала. Мама! Мамочка, я тебя очень люблю. Прости, прости меня, пожалуйста, за это письмо, прости меня за все. Когда ты переехала в Германию, мне поначалу было очень тяжело. На мгновенье показалось, что я снова в детском доме. Ну, а сейчас, все замечательно. Я, как и прежде учусь, учусь уже на четвертом курсе. Возможно, когда через год я закончу вуз, меня направят работать в Германию. Кто знает, может быть, только там мы и увидимся. Знаешь, у нас сейчас вечер. Только что был проливной дождь, но сейчас он утих. Как странно, и у меня в душе утихло, устаканилось. Огромная луна светит в окно и от этого на паркет падает тень – желтая и круглая. Завтра у меня экзамен по теории Государства и Права. А так не хочется. Мамулечка, я тебя очень люблю. Я благодарна тебе за все, что ты сделала Я частенько вспоминаю как мы ходили с тобой купаться на речку, ездили по музеям, монастырям, хотя и нельзя было. Иногда мне кажется, что знаешь ты меня даже лучше, чем я сама себя. Ах да, с Аленкой все хорошо. Она растет не по днем, а по часам. P . S . И прости меня за все. Я тебя очень – очень люблю. Всегда твоя, дочь Марина. Уже почти совсем догорели поленья в камине. Совсем остыл чай. Яркая луна, отражающаяся на паркете и всего одна звезда, хотя наверное их гораздо больше. Марина загадала желание: поскорее увидеться с мамой, с мамой, которая ее воспитала, вложила душу, вырастила – с ее настоящей мамой. Она не замечает слез, которые текут по ее щекам. Она разрешает себе поплакать. Сегодня можно. Сегодня ее двадцатый день рождения. Сегодня ей исполнилось двадцать лет. У неё рядом муж и дочка, годовалая Алёнка. Она тоже родила ее в 19 лет.